Разговор о технологиях еще недавно почти неизбежно сводился к компьютерам, смартфонам и интернету. Сегодня понятие стало значительно шире. Искусственный интеллект пишет тексты и генерирует изображения, беспилотники перевозят грузы, промышленные роботы работают рядом с людьми, здания печатают на 3D-принтерах, а виртуальная реальность постепенно выходит за пределы игровой индустрии.
Проблема в другом: чем быстрее появляются новые технологии, тем сложнее обычному человеку понимать, какие из них действительно меняют жизнь, а какие пока существуют преимущественно в презентациях разработчиков.
Именно поэтому технологические программы постепенно уходят от классического научно-популярного формата. Вместо длинного объяснения принципа работы устройства зрителю показывают, где оно уже применяется, кто с ним работает и что изменится, если технология станет массовой.
Такие проекты есть и в эфире телеканала КЛЮЧ. Причем технологическая тема здесь рассматривается с двух разных сторон: через сами разработки и через профессии, которые возникают благодаря технологическим изменениям.
Почему технологии сложно показывать по телевизору
У технологического контента есть фундаментальная проблема: значительная часть происходящего невидима.
Работу двигателя можно показать. Строительство дома тоже.
Но как визуализировать машинное обучение, блокчейн или алгоритм компьютерного зрения?
Можно нарисовать красивую компьютерную графику, но зрителю от этого необязательно станет понятнее, зачем технология вообще нужна.
Поэтому наиболее удачный подход — искать физическое проявление технологии.
Не рассказывать абстрактно о робототехнике, а показать робота.
Не объяснять десять минут устройство беспилотного транспорта, а посадить человека в беспилотный автомобиль.
Не рассуждать о возможностях 3D-печати, а показать дом, стены которого действительно напечатаны строительным принтером.
Тогда технология перестает быть набором терминов.
«Футуграмма»: будущее, которое уже наступило
Именно на таком принципе построена «Футуграмма» — технологическое шоу КЛЮЧа.
Авторы программы рассматривают разработки, которые еще недавно ассоциировались с научной фантастикой, но уже существуют и применяются на практике.
Темы выпусков довольно хорошо показывают диапазон современной технологической индустрии:
- нейросети;
- робототехника;
- беспилотный транспорт;
- дроны;
- виртуальная реальность;
- 3D-технологии;
- умные дома;
- блокчейн;
- новые энергетические технологии.
Причем программа старается искать не столько концепты будущего, сколько реальные работающие проекты.
Например, зрителю можно сколько угодно рассказывать о перспективах строительной 3D-печати. Но гораздо понятнее увидеть дом, который действительно был напечатан принтером.
То же самое происходит с роботами, беспилотниками и системами автоматизации.
Зачем нам вообще столько роботов
Робототехника особенно хорошо показывает, насколько изменилось само представление о технологиях будущего.
Долгое время массовая культура представляла робота как человекоподобную машину.
В реальности большинство современных роботов совсем не похожи на людей.
Промышленный манипулятор на заводе — робот.
Автоматизированная складская тележка — тоже.
Роботизированная система доставки — еще один вариант.
Сельскохозяйственные машины постепенно получают системы автономного управления, а беспилотники используются для мониторинга полей, строительства, картографии и других задач.
Интереснее поэтому не вопрос «когда появятся роботы?», а другой: какие действия мы уже незаметно передали машинам?
Дроны перестали быть дорогими игрушками
Похожая история произошла с беспилотными летательными аппаратами.
Первые массовые квадрокоптеры воспринимались прежде всего как устройство для красивой съемки с воздуха.
Сегодня область применения намного шире.
Беспилотники используют для обследования объектов, геодезии, мониторинга территорий, сельского хозяйства и ряда промышленных задач.
Отдельное направление — спортивные FPV-дроны.
Поэтому один технологический объект способен одновременно существовать как потребительская электроника, профессиональный инструмент, спортивный снаряд и промышленная платформа.
Для телевизионного формата это практически идеальная тема: технологию можно не просто обсуждать, а показывать в действии.
3D-принтер уже печатает не только пластиковые фигурки
Еще одна технология, представление о которой быстро устаревает, — трехмерная печать.
Домашние 3D-принтеры сделали ее массово узнаваемой, но промышленное применение давно вышло за пределы изготовления небольших пластиковых деталей.
Аддитивные технологии используются для создания прототипов, компонентов сложной формы и отдельных элементов конструкций.
Отдельное направление — строительство.
Принцип остается похожим: материал наносится слой за слоем в соответствии с цифровой моделью. Только вместо небольшого настольного устройства используется огромная строительная установка.
Именно такие примеры позволяют увидеть переход технологии из экспериментальной стадии в реальную экономику.
Искусственный интеллект оказался ближе всех
Если робототехника или строительная 3D-печать для большинства людей остаются чем-то, что они наблюдают со стороны, с искусственным интеллектом ситуация совершенно другая.
ИИ уже оказался непосредственно в смартфонах и компьютерах миллионов пользователей.
Нейросети умеют работать с текстом, изображениями, видео, звуком и программным кодом.
При этом само понятие «искусственный интеллект» стало настолько широким, что объединяет очень разные технологии.
Поэтому объяснять ИИ только через устройство нейронной сети для массовой аудитории не всегда имеет смысл.
Гораздо нагляднее показывать сценарии использования.
Что может сделать система?
Какую работу она ускоряет?
Где ошибается?
Как меняется профессия человека, который начинает ею пользоваться?
И последний вопрос постепенно становится одним из самых важных.
Технологии меняют не только устройства, но и профессии
Каждая крупная технологическая революция меняла рынок труда.
Одни профессии исчезали, другие трансформировались, третьи возникали практически с нуля.
Сейчас этот процесс особенно заметен на пересечении информационных технологий, медицины, биологии, энергетики, экологии и городской инфраструктуры.
Некоторые названия новых специальностей пока звучат непривычно:
IT-медик, нейропилот, биомиметик, сити-фермер, архитектор виртуальной реальности.
Но за необычными названиями часто стоят вполне понятные процессы.
Если города становятся технологичнее, нужны специалисты, проектирующие соответствующие системы.
Если развивается виртуальная реальность, появляется спрос на людей, которые создают виртуальные пространства.
Если биология объединяется с информационными технологиями, возникают профессии на пересечении двух дисциплин.
«Топ Джобс»: посмотреть, кем будут работать люди
Именно рынок труда рассматривает другое технологическое шоу КЛЮЧа — «Топ Джобс».
Его ведущий Михаил Башкатов знакомится с профессиями, которые могут стать значительно более распространенными в ближайшие годы.
Среди героев и направлений программы встречаются:
- разработчики роботов;
- IT-медики;
- специалисты по промышленной робототехнике;
- инженеры инновационных летательных аппаратов;
- архитекторы виртуальной реальности;
- генные редакторы;
- специалисты по умным городам;
- инженеры-нанотехнологи;
- разработчики умных тканей;
- специалисты по энергоэффективным зданиям.
Такой формат интересен тем, что технология рассматривается не сама по себе.
Вместо вопроса «что умеет новая система?» возникает вопрос «кто будет с ней работать?».
Что такое профессия будущего
Само выражение «профессия будущего» немного обманчиво.
Оно создает впечатление, будто существует определенный список специальностей, которые внезапно появятся через десять или двадцать лет.
На практике большинство из них формируются постепенно.
Возьмем проектировщика систем умного города.
Современный город уже содержит камеры, датчики, системы управления транспортом, электронные сервисы, интеллектуальное освещение и огромное количество цифровой инфраструктуры.
По мере усложнения этих систем нужны специалисты, способные связывать отдельные компоненты между собой.
То есть профессия будущего может существовать уже сегодня — просто пока она не стала массовой.
IT-медик — программист или врач?
Особенно интересны профессии, возникающие на пересечении нескольких областей.
Медицина становится все более технологичной.
Врачи работают с цифровыми диагностическими системами, медицинскими информационными платформами, телемедициной и алгоритмами анализа данных.
В результате специалисту иногда недостаточно понимать только медицину или только IT.
Нужны люди, способные разговаривать сразу на двух профессиональных языках.
Аналогичные процессы происходят в биологии, архитектуре, сельском хозяйстве и энергетике.
Поэтому одним из главных признаков новых профессий становится междисциплинарность.
Сити-фермерство звучит странно только на первый взгляд
Еще один пример — городское сельское хозяйство.
На первый взгляд город и ферма находятся на противоположных концах экономической системы.
Но рост городов создает спрос на производство части продуктов непосредственно рядом с потребителем.
Появляются вертикальные фермы, автоматизированные теплицы, гидропонные установки.
В таких системах сельское хозяйство объединяется с инженерией, автоматикой и программным обеспечением.
Человек, работающий на подобном предприятии, уже довольно сильно отличается от традиционного представления о фермере.
И это хороший пример того, как технология не уничтожает старую отрасль, а создает внутри нее новые специализации.
Виртуальным мирам тоже нужны архитекторы
Распространение VR и трехмерных цифровых пространств создает еще один интересный рынок.
Любое виртуальное пространство необходимо спроектировать.
У него должна быть логика перемещения, масштаб, визуальная структура и правила взаимодействия.
Поэтому навыки архитектуры, трехмерного моделирования, дизайна и программирования начинают пересекаться.
Профессия архитектора виртуальной реальности сегодня может казаться экзотической, но сам принцип совершенно логичен: если люди создают новые пространства, кому-то придется их проектировать.
Главный технологический вопрос — не «что изобрели?»
Новости технологий часто строятся вокруг конкретного события:
появилась новая нейросеть;
представили робота;
испытали беспилотник;
напечатали здание;
создали новый материал.
Но гораздо интереснее смотреть на второй этап — что произошло после презентации.
Стала ли технология дешевле?
Начал ли ей кто-нибудь пользоваться?
Появились ли вокруг нее новые компании?
Изменила ли она какую-либо профессию?
Возникли ли новые специальности?
Именно здесь становится заметна разница между эффектной демонстрацией и настоящим технологическим изменением.
Почему шоу о технологиях становятся развлекательными
Научно-популярный контент долгое время ассоциировался с образовательной подачей: эксперт объясняет, зритель слушает.
Современные технологические шоу постепенно отказываются от такой дистанции.
Ведущий может сам попробовать устройство, отправиться на производство, поговорить с разработчиком или на время примерить новую профессию.
Поэтому «Футуграмма» и «Топ Джобс» используют разные, но связанные подходы.
Первая показывает технологию в действии.
Вторая показывает человека внутри технологических изменений.
И для массового зрителя оба подхода зачастую понятнее длинного разговора о технических характеристиках.
Будущее становится интереснее, когда его можно потрогать
Самая большая проблема разговоров о будущем заключается в их абстрактности.
Можно бесконечно обсуждать, каким станет мир через двадцать лет, но подобные прогнозы слишком легко превращаются в фантастику.
Гораздо интереснее искать небольшие фрагменты этого будущего в настоящем.
Роботы уже работают.
Дома уже печатают.
Нейросети уже используются миллионами людей.
Беспилотный транспорт уже испытывается.
Появляются специалисты, профессии которых еще недавно сложно было даже нормально назвать.
Поэтому хорошие технологические программы сегодня рассказывают не столько о далеком будущем, сколько о настоящем, которое развивается быстрее, чем мы успеваем к нему привыкнуть.
И, пожалуй, именно в этом технологическое телевидение становится наиболее интересным: оно позволяет увидеть не очередной прогноз о том, что когда-нибудь изменит нашу жизнь, а посмотреть на вещи, которые уже начали ее менять.
